Севастополь

Первые итоги после 100 дней в должности: большое интервью врио губернатора Севастополя городским телеканалам

Источник: ForPost
0 849

Главные острые проблемы, управленческое кредо и базовые принципы и подходы к работе - кое-что о Развожаеве - из первых уст.

Михаил Развожаев ответил на вопросы четырех телеканалов Севастополя

В минувшую субботу врио губернатора Севастополя Михаил Развожаев подробно отвечал на вопросы редакторов четырех городских телеканалов.
Вашему вниманию - текстовая распечатка большого интервью, посвященного в основном городскому хозяйству.

***

- Добрый вечер, коллеги! Пригласил Вас сегодня сюда, в достаточно известное историческое место, где сегодня практически штаб-квартира русского географического общества. Прошло 100 дней, как-то так сложилось в политологических терминах, что в это время принято подводить какие-то первые итоги. Ну и я знаю, что очень много вопросов накопилось. Старался эти 3 месяца в основном вникать в курс дела, разбираться с проблемными вопросами, ну и, естественно, по каким-то оперативным вещам всегда давал комментарии журналистам, всё это касалось локальных вещей.

Наверное, какая-то общая картина, судя по крайней мере, по тому, что я читаю, слышу и так далее, складывается, но, наверное, правильно уже было сегодня поговорить более подробно, по крайней мере, ответить на те вопросы, которые вас интересуют.

Если они интересуют вас, значит, они интересуют журналистов, которые работают в поле, а значит - людей, скорее всего, вы опираетесь на те вопросы, которые люди адресуют вашей редакции.

- За эти 100 дней, что вы уже работаете врио губернатора, какие, на ваш взгляд, самые острые проблемы в Севастополе существует на сегодняшний день? Может, бы вы отметили три-четыре?

Проблемы стали возникать по мере того, как стал разбираться с вопросами. Они делятся на две группы: стратегические, которые копились годами, которые невозможно решить быстро, но нужно начинать системно решать. И на те вещи, которые требуют просто настройки и более качественного подхода. Причем, что интересно, понятно, что мы говорим о стратегических вопросах.

Решать по-крупному

Допустим, когда проходит сильно большой ливень, и мы видим, что город начинает утопать. Исторический его центр утопает, новые микрорайоны - к сожалению, везде одинаково, потому что никто и никогда не озаботился тем, чтобы проектировать новое строительство с учетом мощности ливневой канализации. Понятно, что то, что было в историческом центре - запланировано, оно было на тот объем зданий, сооружений, жилья, которое было построено, когда город возрождался после Великой Отечественной.

За это время, уже и в советское время, и в новейшее время построено огромное  количество в центре всяких разных вещей, связанных с развитием города (не будем давать оценку, особенно новейшему периоду). Но про ливневую канализацию, конечно, никто не думал. Строители про нее не думали. Я уже не говорю про водоотведение, очистку и про многое другое - никто не думал. Это такая вещь, которая сразу на поверхности. Конечно же, ее нужно решать.

Первое, на что я обратил внимание: делается ремонт дорог - и даже не пытаются обратить внимание, но подрядчиков сложнее обвинять, надо обвинять тех. кто проектирует даже текущий ремонт. Никто не думает, как сразу локально проблему решить. Понятно, что сложно сразу сделать, построить ливневую канализацию, отвести все это в какие-то коллекторы,  и так далее. Очень мало, хотя  есть и выпуск по этим коллекторам, к сожалению, они тоже без локальных систем очистки, и это все уходит напрямую в море. При этом никто даже не думает, как эту проблему решать. Если ты даже не делаешь колодец, нужно предусмотреть уклоны, предусмотреть все равно какие-то, хотя бы временные, инженерные сооружения.

По крайней мере, когда мы уже тратим деньги, нужно сразу предусматривать вещи, связанные с тем, чтобы после ремонта качество изменилось. Мы положили новый асфальт - но при этом все равно после дождя получаем то же самое. Вот на спуске Котовского - там была ливневая канализация, я на первой неделе там проезжал, смотрел, люди мне там написали тоже про эту проблему. Посмотрел, есть действительно колодцы, они просто были засыпаны строительными отходами, песком, щебнем и так далее.

Вместо того, чтобы их очистить, обработать и максимально посмотреть, проверить и подремонтировать, по крайней мере, возобновить - нет, просто в ходе стройки все было засыпано. Сейчас мы это привели в порядок, несколько раз я выезжал... и так везде. Это локальная история, но ее надо решать по-крупному. Проектировать систему - это достаточно сложно, во-первых, ее надо просчитать, подумать, сейчас эта работа заканчивается, что касается самой схемы ливневой канализации Севастополя.

Следующая задача - это проектирование.

Проектирование будем начинать, я надеюсь, в следующем году. И потом строительство. Это очень дорогой проект, как бы он приземленно ни звучал. По предварительным оценкам, это больше 20 миллиардов рублей, реконструировать, построить, вместе с локальными очистными сооружениями, которые не позволят грязной воде попадать в море, и так далее. С такой инициативой я, в рамках своей встречи с президентом, обратился, получил поддержку, и эти деньги мы будем планировать в ФЦП  после того, как сделаем проект.

Проект, я надеюсь, мы начнем уже делать в следующем году.

Ищем по всей стране

Острые проблемы - это, конечно, исполнительская дисциплина и реализация объектов ФЦП. Поразило, что весь город разрыт, при этом ездишь по городу - на объекте один-два человека, а иногда вообще никого. Все разбито на маленькие секции, этот ремонт. По 44-ФЗ проведены торги, причем выходят компании, по цене начинают падать, иногда падают ниже здравого смысла, что, к сожалению, закон позволяет делать, приходят на объект и дальше не справляются. И мы получаем то, что первую часть делают, убирают и снимают старый асфальт, убирают бордюрный камень, разбивают тротуар, а потом работа останавливается. Это, конечно, недопустимо.

Практически каждый день в ручном режиме занимаюсь тем, что вот этих подрядчиков отыскиваем, они же со всей страны сюда приехали. У них руководство ООО какое-нибудь в Самаре или где-нибудь в Нижнем Новгороде. Это я еще хорошие города назвал,  оттуда еще подрядчики более-менее приезжают. Восточная Сибирь, они по всей стране, и их найти достаточно сложно, претензии предъявить сложно, а людям же это непонятно, им кажется, что работы ведутся, плохо работают чиновники.

Да, чиновники работают плохо, потому, что есть юридические инструменты, я о них много раз говорил. Что есть график строительства, он должен быть жестким, он должен контролироваться, отклонение больше недели - надо инициировать расторжение. И даже когда так делается, картинка все равно не меняется. Это вызывает справедливое раздражение у людей.

Задача сделать хорошо

- Сохранение исторического облика нашего города для нас очень важно. Сняли брусчатку и уничтожили на улице Василия Кучера, разрушается Штык и Парус, наш знаменитый памятник. Миллион подобных вопросов,  наши исторические здания не реконструируются, красивейшие здания. Скажите, пожалуйста, как вы оцениваете в целом работу департамента, который отвечает за сохранение нашего культурного наследия, и какие меры будете предпринимать? Я понимаю, что вы человек не равнодушный, у вас историческое образование, вы знаете, что есть история и вы цените ее...

- Во-первых, конечно, Севастополь уникальный город. С точки зрения архитектуры, того ансамбля, который сделан, когда он восстанавливался после войны - к счастью, сохранились такие объекты, как третья школа - реальное училище бывшее, здание 19 века, есть еще замечательные образцы, они в центре в основном находятся. К сожалению, за последние 20 лет, а может, и полвека, должным образом никакой реставрации они не подвергались.

Кроме того, понимаете, мы сталкиваемся всегда с большим противоречием, о котором я говорил, когда мы обсуждали реконструкцию Большой Морской. Я лично решил поговорить с людьми, мне было важно услышать, через настороженное отношение, и все-таки попытаться донести до людей, что нет задачи взять и лишь бы просто что-то сделать. У меня задача есть - сделать хорошо.

Мы все любим город, мы все хотим, чтобы он выглядел прекрасно, но когда доходит до частных локальных интересов отдельных людей, здесь, начинается: "вот вы там приводите все в порядок, а мне вот здесь надо остекление на балконе сохранить, кондиционер у меня нет денег перевешивать с фасада и убирать его в дворовую часть или ставить на балкон".

Это непростой вопрос, который, к сожалению, с кондачка решить невозможно.

Если твой дом будет выглядеть как памятник, восстановленный в своем первоначальном образе, в совокупности твоя квартира будет ценнее, и ты с точки зрения личного состояния тоже капитализируешься. Но это процесс не быстрый, и такое понимание приходит не мгновенно, и здесь тоже нельзя это делать через колено или какими-то жесткими административными мерами.

Реставрация, а не реконструкция

Что касается департамента, который называется Севнаследие - вы знаете, здесь, на самом деле, это федеральные полномочия, которые переданы в Севастополь на уровне региона.

Здесь вопрос в объеме полномочий, который есть у этого органа. Орган должен выявлять памятники, устанавливать зоны охраны. Если нарушаются охранные обязательства, выносить  соответствующее предписание. Формально все это делается, каждый день выявляются новые памятники, заказывается экспертиза, определяются зоны охраны. Этот большой объем документов есть, но чтобы отреконструировать любой памятник, это же не просто взять и выделить деньги на стройку, здесь, во-первых, нужно серьезное изменение федерального законодательства.

Сегодня, честно сказать, отремонтировать памятник практически невозможно.

Это огромные деньги, очень узкое количество специализированных организаций уполномочены делать проект, и они настолько все заняты и у них все расписано, - чтобы найти такую организацию, которая действительно сделает качественно, требуется достаточное время. А потом фактически по каждому строительному шагу делается экспертиза дополнительная, подбираются материалы, то есть это реставрация, это не реконструкция. Поэтому, как правило, любой объект культурного наследия, который заходит в стройку, - это не один год, это очень сложная, мучительная, кропотливая работа, это огромная работа, но, именно так и нужно делать в Севастополе.

И здесь обвинять управление Севнаследия в том числе в том, что они не реставрируют... это не их задача. Они должны выявлять, они должны описывать, устанавливать охрану и следить за нарушениями законодательства.

У меня есть вопросы определенные, особенно связанные с тем, что не синхронизированы процессы, когда, допустим, мы начинаем что-то делать в одном месте, и вместо того, чтобы подключиться и по своей части все посмотреть и дать рекомендации, мы в управлении ждем, когда начинаются какие-то жалобы, начинаются какие-то претензии, потом начинаем на это реагировать. Такой подход, к сожалению.

Что касается Штыка и Паруса и Солдата и матроса - то планы реконструкции этих памятников есть. Мне бы, конечно,очень хотелось, чтобы мы там навели порядок к юбилею Победы, коль к  юбилею освобождения Севастополя не очень получилось, надо, конечно, сейчас к этому подойти. Сейчас вот этим занимаюсь и организационный комитет по празднованию 75-летия Победы решил лично возглавить, я буду этими вопросами заниматься и в рамках проекта культурного кластера на мысе Хрустальный, постараемся прежде всего сюда направить усилия партнеров, которые сейчас там работают и реализовывают объекты.

Там, прежде всего, есть планы на музей Героической Обороны - это будет первый объект, который постараются ввести, и он будет на площадке как раз рядом с двумя этими памятниками, постараемся, чтобы они попали в территорию комплексного благоустройства.

Про жильё и две модели

- Как вы собираетесь решать вопросы социального жилья?

- Есть несколько сценариев. Первый, самый простой - найти сейчас в рамках работы с Генпланом участок земли, который может пойти под многоквартирную и многоэтажную застройку. Выделить, сделать проект планировки и за государственные деньги, которые будут выделены, построить эти дома, являясь заказчиком.

Получить просто готовые дома и там соответственно уже их распределять в соответствии с задачами специалистам социальной сферы. Это один подход прямого строительства.

Есть другой  вариант, который тоже сейчас прорабатывается, это вариант проектирования комплексной застройки. Когда мы берем те же средства, которые у нас есть, проектируем большего объема участок, подводим все коммуникации, технические условия сразу организовываем, сразу проектируем необходимое количество машиномест, озеленение, детские площадки, школу, садик, поликлинику, то есть все, что необходимо на этом участке, исходя из соображения, что, когда получим, допустим, не 250 тысяч квадратных метров, как я изначально смотрел, а, к примеру, миллион квадратных метров под вот эту большую застройку.

Но деньги государства тратим не на то, чтобы самим построить коробки, дома, мы тратим эти деньги именно на всю инфраструктуру необходимую.  И у нас получается, что мы создаем комплексную застройку, которая полностью обеспечена всеми коммуникациями, чтобы не было таких вопросов, как у нас, к сожалению, возникают, когда дом подключен, но то воды нет, то света, то газа, то канализация постоянно забивается, потому что ее мощность просто не рассчитана на это строительство.

Мы делаем идеальную модель, где архитектурные вещи уже все прописаны. Там нельзя будет построить кому попало и как нравится. Это фактически готовый проект, и мы говорим: так, товарищи застройщики, вот все готово, вам не надо тратиться на инфраструктуру, как вы обязаны по градкодексу, не надо не хитрить, не надо обманывать никого, вы просто приходите и строите. Реализуете проект, который мы разработали, в том виде, в каком он задуман. Понятно, у вас есть свой строительный бизнес, вы получаете ту прибыль, которую имеете, но на тот объем денег, которые вложило государство, вы отдаете нам квартиры.

Теперь важно решить, какую модель все-таки применить. В любом случае в следующем году мы будем проектировать либо такую комплексную застройку,  в большом ее варианте, либо небольшую под реализацию проекта силами государства.

Не вопрос ближайшего будущего

- Год назад мы все наслаждались перспективами появления в Севастополе моста через бухту, ну и Гераклейской рокады, соответственно,  главгосэкспертиза тоже одобрила эту идею, а вы будете продвигать и дальше этот проект, как на ваш взгляд, есть у него будущее?

- Я знаю об этом проекте, даже есть соответствующее поручение президента, мой предшественник обращался с этим проектом к главе государства, поручение было Минтрансу и другим ведомствам проработать, Минфину и Минэкономразвитию, предварительно был сделан технологический ценовой аудит проекта, если сейчас не ошибусь, то мост ориентировочно подобный через бухту может стоить порядка 40 миллиардов, а Гераклейская рокада, вот эта вот часть, которая должна примыкать, развязывать центр, порядка 30 миллиардов.

Это мегапроекты, сравнимые с  трассой Таврида, которая сегодня строится. Это проекты, которые требуют очень высоких компетенций и сверхэффективной организации труда, поэтому мне кажется, что как план развития города это имеет место быть, но это точно не вопрос, условно говоря, ближайшего  будущего.

Приватизацию не форсируем

- Конкретный вопрос о ГУПе: автозаправочный комплекс, который образовался в результате национализации заправок Коломойского, а в итоге в начале прошлого года, есть подозрение, намеренно доведен до банкротства, и буквально половина этих заправок были отданы за долги в частные руки...

- Здесь сфера из тех, которые по своей сути  редко бывают убыточными, если не делать каких-то специальных действий, точнее, вообще ничего не делать, чтобы оно работало. Мне сложно оценивать, как ГУП работал до того, как он дошел до такого состояния,  и каким образом. Мы как раз сейчас с этим разбираемся. Денису Анатольевичу, так как он за этот комплекс отвечает, поручил максимально изучить вопрос всех моментов, связанных с его, так сказать, фактической приватизацией через банкротство.

Сейчас мы смотрим, что там и как происходило, и должны дать оценку. Если мы увидим, что там есть действия, скажем так, которые не совсем соотносятся с интересами государства, соответственно эти материалы мы будем передавать в правоохранительные органы. Если там будут зафиксированы экономические преступления против государства, то есть шанс эту сделку отменить и все вернуть к статус-кво.

Понятно, что сами по себе заправки редко где они бывают убыточными, и для города было бы хорошо, если бы такой комплекс оставался бы в его собственности. Если учесть, что он позволяет держать баланс стоимости бензина.

В целом о программе приватизации: я не сторонник того, чтобы форсировать программу приватизации ради того, чтобы она просто была. Да, есть требование министерства финансов России, которое применяется к регионам, у которых дотационные бюджеты, как у нас. Мы понимаем, что условно сейчас мы зарабатываем порядка 16 миллиардов, а тратим, даже без учета ФЦП,  больше 20 миллиардов, 25 и так далее. Порядка семи с половиной миллиардов – это прямые дотации на сбалансированность из федерального бюджета. И поэтому, конечно, Минфин ставит задачу наращивания прибыли.

Большинство регионов, чтобы выполнить условия соглашения, как правило, предлагают приватизационные механизмы – что-то продали, получили доходы в бюджет, показали прибыль, вроде как соглашение выполнено.

Конечно, не хочется идти таким путём, если мы что-то приватизируем, то это, во-первых, должно быть приватизировано по хорошей, качественной, действительно рыночной цене, чтобы действительно получить доход. И во-вторых, это то, что точно никаким образом не повлияет на стабильность работы городских систем.

- К сожалению, что касается электроэнергии - она у нас тоже частная. Вот газ мы, по крайней мере, новые объекты сейчас оформляем на наш ГУП. Когда закончится аренда сети у ПАО «Севастопольгаз», будем принимать решение, скорее всего, тоже консолидировать будем на государство. Я считаю, что максимальное количество инфраструктурных вещей должно быть в управлении государства.

Какие-то вещи могут быть частными, как, допустим, те же перевозчики частные, которые выходят на маршруты, но и то мы видим, что там какое-то время назад был начат процесс создания единой системы единых маршрутов, диспетчеризация. Попривыкают, но всё равно тяжело там, да? Там всё равно тяжело: не уйти с рейса посередине дня,  взять наличные... А это напрямую отражается на качестве жизни горожан.

Поэтому всё, что касается вот такого непосредственно инфраструктурного – это транспорт, газ, электричество - это, конечно, в идеале надо всё сохранять за городом. И все эти монополии так называемые при правильной организации труда – не будут убыточными. Мало того, они ещё позволят городу зарабатывать.


Бесконечная история Парка Победы

- Проектирование второй очереди парка Победы находится сейчас на паузе, правильно ли я понимаю?

- Не совсем так.

- Расскажите, как будет развиваться реконструкция парка Победы?

- Я уже много раз в Instagram отвечал, там каждый день кто-нибудь про это спрашивает... Хочется про эту бесконечно длящуюся историю рассказать.

Что сейчас там происходит?

По-хорошему там сейчас у нас ещё хоть и достаточно безопасная, с точки зрения жизни и здоровья, но стройплощадка. Первую очередь мы не ввели. Первая очередь – это полностью завершённый объект.

Условная первая очередь была перед праздником введена, была выполнена часть работ, почистили там, подмели и сказали: вот, пожалуйста. Работы должны были быть завершены полностью и объект должен был быть сдан. Контракт закончился, если мне не изменяет память, уже окончательно в сентябре.

И тут сразу же возникает вопрос: как же так - фонтаны не работают, поросли тиной и так далее.

Не работают, потому что, чтобы их эксплуатировать, должна случиться стадия эксплуатации. Сейчас это всё установлено, но чтобы подать туда воду, начать эксплуатировать, мы должны полностью объект завершить.

Я сразу хочу всех успокоить – с фонтанами всё в порядке. Слава Богу, документация есть, фонтаны работают, пуско-наладку вы сами видели, ещё до того, как я сюда приехал, она проходила, тоже проверили. Сейчас всё в наличии, всё нормально. Гарантия на эти на большой фонтан и на маленький – есть. Завод-производитель – понятный, с ними ничего плохого не случится.

От тины, конечно же, мы их очистим. И когда всё это будет доделано, значит, всё это будет работать и поддерживаться на должном уровне. Теперь надо, чтобы закончили.

Сейчас третий подрядчик, знаменитый, там - компания «Ривьера». По их мнению, они завершили большую часть работы, подготовили бумаги, которые, предполагалось, что будут подписаны, деньги оставшиеся оплачены, объект будет сдан и можно будет его передавать в ГБУ «Парки и скверы» на эксплуатацию.

Но вот здесь наступает такой этап, что специалисты и даже обычные люди – все они невооружённым взглядом видят, что работы выполнены не совсем так, как хотелось бы с точки зрения качества. Это и про плитку, это и про архитектурные элементы, ну, много чего, в общем-то, в принципе. Практически каждый участок можно подвергнуть и обывательской критике и профессиональным претензиям.

Что сейчас происходит? Сейчас проводим экспертизу.

До нас уже Федеральное казначейство провело экспертизу, своё мнение высказало по поводу качества работы определённых вещей, которые в проекте были, они  выглядят по-другому. Сейчас мы свою ещё экспертизу дополнительную провели и пришли к соглашению. Было два варианта развития событий – либо не принимать те работы, которые выполнены, но, с нашей точки зрения, выполнены некачественно, предъявлять претензии подрядчику, забирать госгарантию и объявлять четвёртый контракт на парк Победы, определять четвёртого подрядчика, который будет снова пытаться доделать парк Победы.

"Прекрасные сюжеты" и мужественное решение

Либо… Сейчас, слава Богу, идём этим путём: подрядчик принял мужественное решение – всё-таки привести всё в порядок то, что сделал, включая устранение брака, включая уличную мебель. Хотя многое из этого, к сожалению, было, и правда, в проекте так записано – это к вопросу о проектировании. Лавочки и прочее... ну, другой вопрос, что фанера могла быть одной толщины, а стала другой. Перголы - дерево можно было обработать,а оно не обработано, а покрыто морилкой. Люди рассказывают огромное количество прекрасных сюжетов, связанных с парком Победы. Вот это всё надо сейчас приводить в порядок.

Сейчас подрядчик взял на себя обязательство переделать, мы будем перекладывать на многих отрезках центральной аллеи плитку, потому что она неправильно уложена, она выложена с браком. Она во время укладки уже сильно пострадала. Я не могу себе позволить заплатить за это, это неправильно будет, не по-государственному.

Они сейчас всё приводят в порядок, доводят всё до ума, привлекаются дополнительные ресурсы. Причём они это должны сделать достаточно в короткие сроки. Ну хотя бы за ближайшие два месяца должны брак устранить.

Вся развлекательная часть, которая там для молодёжи запроектирована – она будет на боковых уже участках, которые ещё пока не введены и не сделаны.

Проектирование должно было произойти в этом году. На момент, когда я приехал в город, проект был не отторгован. Мало того, к сожалению, выяснилось, что проект сделали, но из пяти или шести дополнительных земельных участков три не в собственности города. Необходимо ещё изъять их, это целый большой процесс общения с собственниками этих участков, выкупа и так далее. На этой площади запроектировать ничего невозможно.

К сожалению, вторую часть в том виде, как она предполагалась в проекте, в этом году запроектировать невозможно просто по объективным причинам.

Но три участка всё-таки в собственности города, поэтому мною принято решение сократить объём проектирования второй части до этих участков, которые нам сейчас принадлежат, и пропорционально уменьшить сумму объекта.

И второй момент: конкурсы. Непонятно, опять же, на какого подрядчика мы бы вышли, не исключено, что проект не успели бы получить, а у нас ещё есть сто миллионов денег по ФЦП в этом году, которые необходимо уже отдать подрядчику, который будет делать второй этап парка.

Проект второй части должен быть закончен не позднее 1 декабря, чтобы мы успели ещё проторговать его и заключить контракт на вторую очередь. Сейчас проектирование делается силами нашего подведа, который под департаментом архитектуры и градостроительства. Проект в стадии реализации. Проектируем своими силами, привлекаем дополнительных экспертов, по той модели, по сути, по которой я бы хотел работать в будущем.

К сожалению, пока силы достаточно ограничены, но мы сконцентрировали все возможности, чтобы своими силами всё-таки проект сделать.

Конечно, была масса предложений от разных частных наших инвесторов, которые предлагали подарить городу проект, но, как правило, это всегда сопряжено потом с какими-то дополнительными желаниями, которые у них возникают. Поэтому пока сейчас делаем своими силами, постараемся до 1 декабря его запроектировать.

Проект линейный, не очень сложный, очень много аналогов, вот его соберём и постараемся отторговать, чтобы начать работы и вторую часть всё-таки к… Не хочется этих повышенных социалистических обязательство брать, но, конечно, очень хотелось бы, чтобы к апрелю там вторую часть сделали и уже во всём комплексе парк запустили.

Утесы в центре города

-  Есть ли или появится какая-то программа серьёзная по работам с подпорными стенами и с лестницами, с центра начнём, например, или с самых проблемных точек?..

- Пока пытаются делать проблемные точки. Программа-то на самом деле есть благоустройства города и средства направляются.  Те объекты, которые сейчас делали - подпорные стены - это деньги, которые мы получили благодаря помощи города Москвы и межбюджетному трансферту. В программе, в соглашениях есть и лестницы, и подпорные стены, не в большом пока количестве, но поэтапно будет всё.

Вопрос, как это работа выполняется, особенно в историческом центре – это же одно из первых, на что обратили внимание мои люди. Да я и сам увидел. Там был или альминский, или инкерманский камень, с которым подпорная стена, понятно, со временем пришел в негодность. Но просто залепить бетоном, подровнять,сделать такую вот бетонную стенку,  утёс в центре города - конечно, это уродует.

Надо сейчас находить решение, и я такую задачу поставил, чтобы архитекторы подумали. Понятно, что сейчас в таком объёме камни не найти, и опять же, если делать, то, как правильно мне сказали специалисты, надо фактически разбирать по камню и по новой собирать. Это фактически реконструкция. Сложно.

В каких-то частях можно это сделать, где качество стены более-менее сохранено и только есть проблемные участки, можно постараться их восстановить.

Там, где мы точно понимаем, что полностью нельзя, надо делать стяжку, надо укреплять, а потом фасадную часть надо стараться выполнить в том же аутентичном стиле. Пусть это будет не полноценный камень, а, может быть, спилы. Но спилы не непонятно откуда взявшегося какого-то там итальянского гранита, которого здесь никогда не было, как на улице Советская, где отремонтировали спуск...

Правда, люди, когда я туда пришёл, мне сказали: «Да ладно, пусть хоть так будет. Раньше тут вообще был ужас и теперь вот красиво».

Я говорю: «Не так же, не вписывается! - Ну ничего, ну хоть чистенько, хорошо».

На самом деле, если это сделать хорошо, это тоже то, что даёт городу дополнительные дивиденды в туристическом плане. Это и бизнес, связанный с фотоиндустрией, когда эти места, локации так называемые, становятся известными, знаменитыми, люди туда приезжают специально, чтобы получить фотографию в этом месте в исторической улочке.

Конечно, хочется этот шарм, это обаяние максимально сохранить. Для этого нужен вдумчивый подход. Не технологический, когда вроде есть деньги и надо сделать, чтобы не упало, это как сейчас - мы сделали, чтобы не упало, а как это выглядит -ну, это уже второй вопрос, тут не до красивости.

В Севастополе, конечно, так нельзя. В центре так нельзя. Надо делать проект, чтобы максимально, что можно, сохранить, а где нельзя - воссоздать тот же облик.

Сейчас такую задачу я поставил. Есть же специалисты в Севастополе, которые инкерманским камнем занимались, камнерезы, которые альминским камнем занимались, им надо посмотреть. Сделать спилы, которые, может быть, потом нанести там, и они будут воссоздавать тот аутентичный облик стен и прочее, такую технологию применить один раз, посмотреть и, если скажут - да, это хорошо, это нормально - потом её просто применять технологически при ремонте всех подобных объектов, сохраняя их.

Но где у нас там будут уже новые вещи делаться, там, может быть, какие-то другие решения применять. В конце концов, там, где понадобится новые делать подпорные стены, а не восстанавливать исторические, там может иметь место тот же бетон или другие материалы, и это будет восприниматься нормально.

Карт-бланш и уровень ожиданий

- Вам сейчас, наверное, вы ощутили, дали севастопольцы карт-бланш, судя по тональности в социальных сетях...

- Ну, разные тональности...

-  Да. Но готовы ли вы к тому, что вас будут за что-то жёстко критиковать - как вы будете реагировать?

- Я нормально к этому отношусь. Не критикуют того, кто ничего не делает, во-первых. Вот. Во-вторых, мы же понимаем прекрасно, что уровень ожидания высокий. Конечно, люди рассчитывали, особенно после известных событий 2014 года, что жизнь (это такой психологический эффект), сейчас мгновенно изменится в лучшую сторону. А всё стало меняться не всегда в лучшую, а некоторое не меняться, а кое-что трудно меняться.

Не хочется оценивать, действительно есть огромное количество объективных причин, которые не позволяли создать такую динамику социальных изменений.

Но сегодня очень важно эти запросы видеть. Может быть, я буду получать критику за каждую какую-то локальную ситуацию - когда лично не приехал и не вкрутил лампочку в каком-то подъезде. Я прекрасно это понимаю. Но моя задача – настроить так систему, что, если написали, то эта лампочка там автоматически будет вкручена теми, кто за это отвечает. Это отстройка команды - вниз до последнего исполнителя. И понятная система санкций и поощрений. Вот эта модель должна работать. И здесь я должен задать тон, я должен показать, что для меня это важно, каждая лампочка для меня важна. Лично не приеду, не вкручу – может быть, какая-то в какое-то время не будет включенной, и человек почувствует разочарование.

Я это прекрасно понимаю. Но я через это вижу сразу пласты больших проблем.

Странное решение, приятное для кошек

Вот, допустим, начал общаться, начал рассказывать про те же дворовые площадки. Огромный вал обращений сразу показал, что была неправильно выбрана модель, когда взяли и новые площадки поставили на ПГС, вот на эту песчано-гравийную смесь. Честно говоря, не понял, почему, мне кажется, это и травмоопасно, и неэстетично, и песка там хорошего нет.

Это решение – странное, и оно точно девальвировало очень хороший проект, связанный с установкой площадок детских во дворах.

Кроме того, сразу было понятно: выделили деньги на площадки, построили саму площадку, а что вокруг нас - не волнует. Понятно, что комплексное  благоустройство двора – это другие деньги. Но если ты уже поставил площадку, ну два фонаря можно же сразу запланировать одновременно с установкой площадки, чтобы она не до шести вечера, а до одиннадцати могла работать, да?! И приносить результат. Если ты всё равно уже купил оборудование - надо было посмотреть всё-таки в системе...

А этот песок - у нас севастопольские котики очень его любят. Я на некоторые дворы заходил, так на этой площадке уже за километр начинаешь ощущать, причём, даже не понимая, как там дети находятся. Потом начали писать мне, что резина - тоже плохо, потому что "она на солнце начинает испаряться и, в общем, она ядовитая, как же наши дети будут на этой ядовитой резине"...

Изучили вопрос. В Москве везде она кладётся, там тоже бывают достаточно высокие температуры. Есть специальные составы, которые экологичные, хорошие. Просто вопрос, что надо было это всё продумать и оптимальное решение реализовать. Не делать просто ради того, чтобы сделать.

Мне важна коммуникация – это обратная связь. Когда ты сидишь просто как в коконе и говоришь: так, построить детские площадки, а тебе отчитываются: построено сто детских площадок - отлично! И что этим людям не нравится?! Сто детских площадок! Можно в Москву отчитаться, ещё куда-то... А на земле оказывается, что это пахнет, что  коленки обдираются, что это не освещено... Вот сто таких детских площадок на самом деле вызывают ещё больший градус раздражения, чем если бы их не было, и люди бы находились в ожидании, что когда-нибудь что-нибудь хорошее появится.

Тонкая настройка

Вот эта тонкая настройка - она для меня важна сейчас на уровне обратной связи. Это мгновенное получение от людей обратной связи и большой материал для настройки управленческих моделей принятия решений по целому спектру вопросов. Я хочу вам сказать, что это становится возможным как раз благодаря севастопольцам, этому диалогу, не всегда приятному, хотя я нормально абсолютно к этому отношусь... просто не нравится, когда люди переходят на такой, скажем, панибратский тон или начинают даже употреблять какие-то слова, но я просто сразу объяснил, что такого диалога на моей площадке не будет. Сейчас таких попыток уже нет, и всё конструктивно, прекрасно.

А критика – это хорошо, она создаёт возможность. За короткое время я такое большое количество получил информации от людей, и даже про те места, куда я ещё не доехал и может быть даже в ближайшие месяц-три у меня просто не хватит времени там оказаться. Но я прекрасно понимаю, во-первых, что там происходит, у меня есть фотографии, которые мне прислали, я могу принимать управленческие решения, настраивать при формировании программы благоустройства на следующий год и при принятии других решений, и оценивать качество исполнения теми или иными управляющими компаниями или чиновниками своих задач.

И видно, что есть разные совершенно подходы. Одинаковые даются стартовые условия. Но где-то глава муниципалитета решил, что это не его задача, не его полномочия. Строить же там горхоз, к примеру, должен, мне-то чего там? Это же не мне деньги дали. Есть такой подход.

А есть другой подход: да, деньги не мне дали, но это на моей территории, и поэтому я мёртвого достану, чтобы он сделал всё, как надо. Потому что я всё равно здесь глава и мне перед людьми отвечать.

Очень много таких нюансов, которые сразу видны, когда ты получаешь обратную связь. Для меня это важнейший канал коммуникации и источник принятия решений.

Шефную не ведёт

- Одновременно с началом вашей работы появился Telegram-канал «Шефная»… Информация там очень оперативно появляется и даже с юмором. Ваши портреты там, портреты ваших подчинённых. И, наверное, многих мучит вопрос – а ваш ли этот Telegram-канал и вы ли его ведёте?

- Я точно его не веду. Честно говоря, до Telegram очень редко руки доходят. Я знаю, что там большой такой пласт политической жизни происходит. Понятно, что, не буду лукавить, я человек, в общем-то, имеющий определённый опыт в политических и социальных коммуникациях, поэтому я, конечно, на это обращаю внимание. Но читать каждый день и что-то по этому поводу переживать - такого, конечно, нет. Это такая отдельная политическая субкультура, элитная, так сказать, какие-то мнения сталкиваются, видно, кто за кого, кто против кого. Понятно, что определённую аналитику по этому поводу получаем.

Но никакие Telegram-каналы я не веду.

То, что появились мои сторонники в этом интернет-сегменте коммуникаций - меня это радует. Вы все специалисты, понимаете, для чего это делается. Впереди предвыборная кампания, возможно, кто-то хочет продемонстрировать свои умения, чтобы потом предложить свои услуги. Я к этому спокойно отношусь. Конечно, слежу за тем, что там происходит, но сам я Telegram-каналы не веду, у меня просто на это нет времени, и это не источник коммуникаций с людьми, как социальные сети, это всё-таки другой инструмент, который на данном этапе в меньшей степени меня волнует.

Генплан: всё сложно

- Вопрос по поводу генерального плана Севастополя, его разработки и необходимости вынесения на обсуждение с общественностью. На какой стадии сейчас разработка? И как вы планируете взаимодействовать в этом вопросе с севастопольцами?

- Очень сложный вопрос и очень правильный. Одна из самых главных стратегических задач с генеральным планом – сдвинуться с мёртвой точки. Было мнение, что он готов и просто нет политической воли внести в Законодательное собрание, хотя работа была проведена большая.

Я лично посмотрел: там огромное количество замечаний исправлены. Но что сейчас происходит?

Без генплана, конечно, многие вопросы планирования жизни города сложно двигать. Но тот документ, который есть сейчас, опять морально устарел, он уже не соответствует действующей градостроительной документации, требованиям, которые предъявляются к такому документу, его надо опять актуализировать, начиная от описания, связанного со всеми статистическими параметрами, от актуального количества людей, которые проживают в городе, оценок и пр. Это требует дополнительного изучения и корректировки.

Приняты уже терминологически другие названия зон, которые наносятся на генплан. Ещё ряд других появилось там новелл, которые в данном документе не учтены, их придётся сейчас переделывать, перерабатывать. Проблема в том, что за проект заплачено, кроме последней части контракта, который касался опубликования. Сейчас я привлёк экспертизу к анализу, это из Москвы люди, из Петербурга, которые посмотрели выполненную работу.

- Как они её оценили?

- Очень много избыточного сделано. Очень много… На многие вопросы ответы не даны в генплане. Ну и самое главное, что больше всего сейчас вызывает сложности...

У нас же особый город – это город федерального значения. По идее вся земля, вся территория, которую мы привыкли видеть на карте, когда подразумеваем город федерального значения Севастополь, со всеми нашими населёнными пунктами, селами – всё это у нас город Севастополь, всё это земли города Севастополя. При этом в этих рамках мы уже нарезали муниципальные территории по генплану.

И у нас леса – это тоже земли населённых пунктов, это городские леса. Сельское хозяйство – это у нас тоже земли населённых пунктов в том виде, в котором сейчас это есть. В землях населённых пунктов нельзя заниматься сельским хозяйством.

С точки зрения действующего законодательства у нас под вопросом виноградники, дотации для них. У нас нет земель сельхозназначения, у нас нет земель лесного фонда, и мы не можем получать какие-то федеральные дотации на их содержание. У нас де-факто сейчас не определены эти вещи.

Если субъект Российской Федерации город Севастополь и город Севастополь – это не идентичные понятия, то у нас будет, условно говоря, будет субъект Российской Федерации город Севастополь в указанных границах, то нам ещё придётся создавать муниципальное образование город Севастополь, чтобы мы потом смогли сделать сельские населённые пункты, сделать город Балаклаву, Инкерман, посёлки, чтобы получать дотации на всё, что сейчас даётся на развитие, например, первичной медицины и прочего, и прочего.

Мы по нацпроектам сейчас ограничены по многим направлениям, не можем заявиться, потому что нам говорят – у вас же город, где там у вас сельские населённые пункты?!

С другой стороны: непонятно, каким образом определять тогда это муниципальное образование. Может быть, этого не делать, а делать несколько городских округов. Тот документ, который сейчас есть, не отвечает на вопрос, к какому всё-таки идти варианту.

Я знаю, что была очень жёсткая позиция Законодательного собрания первого созыва, что всё-таки всё в границах – это город Севастополь. Но тогда должно быть некое специально написанное изъятие из федерального законодательства, которое будет нам позволять в городе иметь земли сельского хозяйства, иметь земли лесного фонда и так далее. Те же ООПТ чтобы правильно формировать, и прочее. Потому что они делаются в землях лесного фонда - особо охраняемой природной территории.

Есть очень много вопросов, на которые надо сейчас концептуально ещё ответить.

Это огромная работа, которую нужно будет проводить. Сейчас пока, честно вам скажу, вопросов больше, чем ответов по генплану.

Понятно, что нужно как можно быстрее определяться со стратегией и вносить те изменения, которые нужно вносить, чтобы он соответствовал современной градостроительной терминологии и определяться  с точки зрения развития, если мы развиваем там жилую застройку и так далее - где это всё будет?

Я планирую предъявить это ещё раз общественности. Это не будет кабинетное решение, по каким-то по отдельным направлениям всё-таки ещё раз нужно услышать, что будет лучше.

Это будет сложно. Как я понимаю, очень многие уже смирились и точно знают, в какой зоне генплана живут. Если сейчас какие-то начнутся изменения – это может быть опять очередная волна обсуждений и волнений, но это точно надо делать. Но всё должно быть поэтапно.

Первое - определиться, как мы стратегически описываем, где у нас город, где у нас сельхозземли, и тогда мы сможем сохранить нашу отрасль сельского хозяйства с виноградниками. Как мы наши леса будем защищать и получать соответствующие дотации федеральные, и так далее. Либо откажемся от этого и сделаем субъект Российской Федерации. Но тогда надо будет делать какой-то набор муниципальных образований в рамках этого субъекта.

Моя задача -  в ближайшее время определиться с этим, потом доработать необходимые изменения с точки зрения актуализации документации, описательную часть, которая касается статистических данных и прочих расчётных, тоже должна быть актуализирована. И после этого уже можно будет показать генплан ещё раз людям. Получить какую-то обратную связь и уже вносить на рассмотрение. Либо публичить одновременно с внесением в Законодательное собрание. Законодательное собрание может стать той площадкой, где можно как раз и пообсуждать уже с точки зрения привлечения общественности, чтобы просто не задерживать эту работу.

После того, как мы его сделаем, ещё целая большая технологическая задача – все соответствующие документы заливаются в электронные федеральные системы. Они там должны пройти экспертизу ещё широкого очень круга участников, после этого только считается, что генплан получил положительное заключение, его дальше можно передавать на принятие.

Пока такой план.

Конечно, хочется его внести в Законодательное собрание до конца года, о чём я и заявлял. Но честно скажу: не исключаю, что здесь придётся скорректироваться и это просто технически будет невозможно сделать до конца года, понадобится чуть больше времени. Как говорится, одно дело - наше желание, другое – когда начинаешь погружаться, не всегда технически возможно быстро выполнить.

Надо обнулить

- Планируете ли вы в ближайшее время делегировать представителей в Общественную палату и как-то ускорить, помочь ускорить этот процесс для того, чтобы этот важный орган общественного контроля всё-таки заработал?

- Знаю про эту проблему. Договорились с руководителем Законодательного собрания Владимиром Владимировичем Немцевым в ближайшее время собрать две группы, которые, соответственно, делегированы исполнительной властью, законодательной властью. По моему мнению, надо, конечно, ситуацию здесь обнулить.

Мне кажется, нужно сейчас, чтобы обе эти группы распустились, и с чистого листа переформировать Общественную палату, чтобы просто закрыть эту историю конфликта, перевернуть лист.

Дальше не исключено, что какие-то другие люди войдут от исполнительной власти, от законодательной власти, а может быть, те же люди войдут. Надо обнулить ситуацию и перейти ко второму этапу, к очередному этапу, который должен завершиться тем, что палата заработает.

Туризм, но другой

- Всё-таки как на уровне России мы будем про свой город говорить?

- Я, конечно, думаю, что Севастополь – это город туристический, но не в том виде туристический, когда только пляжи и отдых на манер турецкого.

- Но существует понятие…

- Исторического такого, элитарного туризма. Люди сюда приезжают всё-таки не как на южный берег полежать и покупаться, всё-таки здесь мы должны привлекать другим.

Если у нас получится сделать реконструкцию Большой Морской, восстановить визуально там эпоху сталинского ампира – это будет предмет показа. Если мы сможем сделать, восстановить элементы архитектуры уникальной, элементы уличной мебели уникальной - ты просто приезжаешь, оказываешься на улице из эпохи пятидесятых... И это интересно, это точно будет привлекать людей. Я не говорю про огромное количество объектов, которые просто непосредственно здесь исторически - Сапун-гора, 35-я батарея и прочее, прочее. Таких должно быть больше. То, что запланировано на Хрустальном, когда это всё будет сделано с филиалом Третьяковки...

Сейчас уже на уровне почти что принято решение, что знаменитая картина А. А. Дейнеки переедет сюда, «Оборона Севастополя», она будет экспонироваться постоянно здесь, у нас, в Севастополе. Другие полотна исторические - это тоже будет предметом, который будет привлекать. Театр, который будет здесь с самостоятельной, отдельной школой очень высокого уровня, проект действительно задумывается очень эстетически интересный. И по содержанию, и по его финансированию он позволит сделать Севастополь привлекательным как театральную столицу.

И уже многое делается для этого.

Мне всё-таки кажется, что Севастополь - это современный, ну, наверное, мегаполис здесь неправильное слово, но это город, в котором привлекает не как какая-то пляжная территория с отельчиками, которые предоставляют разного класса услуги, а это всё-таки интерес к самому городу, как туристическому продукту. Город, куда хочется приехать, где ты можешь увидеть парад, где ты можешь увидеть моряков Черноморского флота на улицах, где ты можешь почувствовать эту атмосферу, пройтись по историческим улицам, увидеть город, как он выглядел в пятидесятых...

Приехать на Херсонес, увидеть там античную часть, в эту историю погрузиться... То есть более высокого порядка туристический продукт. Это для приезжих.

Стоп-кран на строительство

Но при этом мы должны Севастополь сделать абсолютно комфортным и удобным для жителей и мы должны точно определиться, отвечая на вопрос генплана – до какого размера город может развиваться.

Конечно, большое количество людей желает, особенно у кого есть возможность, с северов или ещё откуда-то, купить здесь жильё, приехать, чтобы в этом климате замечательном встретить старость. Приезжают люди, покупают квартиры, кто-то их строит для того, чтобы сдать в сезон высокий туристам. Но нужно ответить: сколько всё-таки антропогенная нагрузка максимальная. Мы не можем бесконечно здесь строить жильё. В какой-то момент здесь перестанет строиться жильё.

Будет потенциал для реновации – это объекты, которые не имеют исторической ценности. Это бараки, какие-то хрущёвки, которые сохранились, это всё будет снесено – на их месте появится ещё какое-то жильё. В конечном итоге когда-то будет включён стоп-кран на эту историю.

И как в любом другом приморском городе, в историческом городе недвижимость будет переходить из одних рук в другие, но новая не будет создаваться. Нельзя бесконечно, нельзя… Очевидно, что здесь не может  жить полтора, два, три миллиона людей постоянно. Ресурс ограничен. И для определенного количества людей мы должны сделать максимально качественную инфраструктуру.

Трынь-трынь, дынц-дынц и миссия

- Я получил много критики в высокий сезон по центру города. Это ненормально, так не должно быть. Вот это всё трынь-трынь, дынц-дынц и так далее – для этого есть другие места. Нужно это выносить. Ну да, ты можешь вечером прогуляться по городу, там какая-то может быть в допустимых децибелах музыка какое-то время. Но вся эта экосистема должна быть настроена и работать по-другому.

Чтобы люди, которые здесь живут, чувствовали себя людьми и понимали, что их уважают. Но, с другой стороны, надо создать условия для того, чтобы город за счёт его уникальных особенностей зарабатывал, привлекал людей, что даёт синергетический эффект и для развития.

Вот эту задачу нам нужно будет решать.

Поэтому итоговая миссия, мне кажется, это высокого уровня туризм, это качественная инфраструктура. И это всё то, что связано с дальнейшим развитием Севастополя как базы Черноморского флота. Потому что всё-таки это миссия для нас тоже очень важная и она даёт городу большой шарм и особую атмосферу, и особое самоощущение.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 10 дней со дня публикации.

Похожие новости

Архив новостей

Ноябрь 2019 (578)
Октябрь 2019 (919)
Сентябрь 2019 (701)
Август 2019 (76)
Июль 2019 (29)
Июнь 2019 (10)

Популярные новости